С меня хватит: как у меня закончилось время

Я устал.

Несмотря ни на что, мой телефон надрывно мигает. Мой последний пост на Facebook скопил под собой десяток комментариев, ждущих ответа. Некоторые из них провоцируют меня. Нарочно. Я стараюсь есть и писать одновременно. Моя жена в ярости. В мессенджере коллега из Бог-знает-какой-страны спрашивает мое мнение о его новом микроскопе. Gmail заботливо выделяет мне жирным непрочитанные письма. Пациент из интернета просит у меня бесплатную онлайн консультацию. Менеджеры компании предлагают мне "уникальную" возможность стать опинион лидером их нового бизнес-проекта.

Я устал.

Поздно ночью, в постели, после окончания перекрестной стрельбы на Facebook, из последних сил я вспоминаю отчет моего бухгалтера. В конце этого года истекает договор аренды моей клиники. Меня выселяют. Все деньги на ремонты и реконструкции, архитекторов и строителей, сантехников и электриков я оплачивал из своего кармана последние 12 лет. Здание продается некому спекулятивному фонду. Я должен буду переехать и опять начать все с нуля.

Я плохой бизнесмен.

На десерт: моя огромная база данных дала сбой. Видео, которые я упорно записывал под микроскопом, обрабатывал, бережно хранил в течение 10 лет - исчезли. 20 терабайт уникального материала. Бесчисленные выходные и часы каникул, проведенные за компьютером... впустую. "Мы забыли сделать резервную копию..."- говорит мой персонал, - "но может быть, получится что-то восстановить". Может быть. Может быть лучше и не надо. Может быть это послание свыше. Симптом более ужасной назревающей болезни.

Я бесконечно устал.

Мое сознание наконец отключается и я засыпаю над моей книгой по русскому.

17 июля 1985 года я получил диплом врача. 31 год тому назад.

Я начал мой путь со скромного происхождения. Мой отец был учителем начальной школы, моя мать - домохозяйкой с 3 детьми на руках. Мои родители мигрировали с юго-центральной Италии в Милан в начале 60-х.

Я родился в стране, где социальный лифт застревает еще до того, как ты нажал на нужную кнопку. Простыми словами, если твои родители не имеют денег и связей — у тебя все шансы остаться бедняком на всю жизнь.

В то же время по телевизору рассказывали о США, как о сказочной земле, где мистер Никто мог подняться из Ниоткуда до кожаного стула в офисе небоскреба. Американская мечта одержимо пропогандировала святое послание: образование - это единственный шанс достигнуть высот. Подразумевалась, конечно же, научная степень в США, Гарварде или Кембридже.

Естественно, у меня не было денег, чтобы учиться в США. Я схватил то, что было в пределах моей досягаемости.

С 5 лет я знал, что хочу быть хирургом. С начальной школы я был одаренным учеником. Добросовестным и целеустремленным. Я поступил в колледж на немецком языке в Больцано (Южный Тироль - северо-восток Италии, на границе с Австрией). Позже, в 24 года я закончил Медицинский университет в Милане с самыми высокими отметками. Я был первым в своей семье, кто получил высшее образование. Я был полон решимости заскочить в социальную лифт. Я делал все возможное.

В последствии я наткнулся на бесконечную серию препятствий. Я был бэби-бумером и в свои 30 лет уже имел 4-х детей. В обществе считалось, что чем больше детей, тем лучше. Во всех смыслах. Я был готов стать хирургом, но не мог позволить себе долгий рост по карьерной лестнице. Никогда не получал поддержки со стороны кого-либо. У меня не было выбора: стоматология стала моим лучшим вариантом, чтобы при наличии медицинского диплома содержать семью. Я получил специализацию по стоматологии. В то время не существовало стоматологического факультета.

Всеобщее мнение было: если заниматься стоматологией, по крайней мере будешь обеспечен финансово. Я начал с самого низа. Я удалял зубы и делал полные съемные протезы в подвальных помещениях пригородов Милана.

Я так и не дождался волшебного социального лифта. Я пошел по ступенькам. Год за годом, шаг за шагом я поднимался в сторону верхних этажей. Я был неумолим. Я не чувствовал усталости. Я работал по 12-14 часов в сутки, 7 дней в неделю, 360 дней в году. В 28 лет я начал пятилетнюю специализацию в челюстно-лицевой хирургии. Я подобрался к своей детской мечте с черного хода. Я сосредоточился на хирургии, связанной со стоматологией.

Все свои заработки я вкладывал в то, чтобы становиться лучше и лучше в своей профессии. Я ходил на курсы, покупал книги, подписывался на журналы. Я покупал лучшие материалы и инструменты. Я верил, что в один прекрасный день кто-то наградит меня за мои старания.

Однажды я, наконец, выйду на пенсию и буду наслаждаться деньгами и почестями.

Роковая ошибка состояла в том, что я не установил для этого временные рамки.

Время бежало с невероятной скоростью. У меня уже 6 детей, я наконец открыл свой собственный кабинет. Я был постоянно занят, я проводил большие операции. Я был одержим достижением успеха и зарабатыванием денег. Я приходил домой поздно вечером, когда все уже спали. Я открывал холодильник, садился на диван и отключал мозг актом непрерывного жевания уже напорядок остывшей еды и бездумным щелканьем пульта телевизора. На следующий день цикл повторялся. Мне повезло — в то время не было интернета. В противном случае я бы заканчивал день дополнительным ущербом психики, дискутируя с каким-нибудь троллем в стоматологическом сообществе фейсбука. Я всегда жаловался, но в то же время даже гордился, что у меня не было ни выходных, ни праздников, ни каникул...

Как развалилась моя идеальная схема

Сначала я верил в Университет - храм науки, построенный с целью поощрения великих умов. Если и не деньгами (да и черт с ними!), так уж точно почетным титулом доцента или профессора. Очень скоро я окунулся в реальность. Связи, рекомендации и преемственность являются основой академической карьеры. Политико-подобное поведение и подхалимство — слишком древние традиции в академической среде, чтобы быть искорененными. В храме науки я не обнаружил ни науки, ни тех самых великих пытливых умов (за редчайшим исключением, естественно). Игра была несправедливой. Я раскланялся и в спешке удалился.

Я настроился на альтернативный путь: частная академическая система, где исследования поддерживаются крупными компаниями. Корпорации, думал я, сосредоточены только на бизнесе. Бизнес это реальные факты. Только то или кто работает лучше всех, будет производить прибыль для инвесторов и привлекать новые инвестиции. Я стал опинион лидером. Будучи новичком, я пытался учиться у “старших”. Я наблюдал за ними. Большинство, я заметил, одержимы необходимостью быть на сцене. Они гордятся своей международной видимостью, полученной за счет глобализованной сети международных корпораций. Большинство из них искренне верят (как я прочитал в одной из популярных стоматологических групп на фейсбуке), что если они на сцене, то только по одной причине: они заслужили. Звучит как "Бог - Всемогущий - благословил меня". Может быть это немного, совсем чуть-чуть, самоуверенно. На мой взгляд, всегда лучше когда другие хвалят тебя, чем ты сам. Во всяком случае, мы увидим позже, почему международный рейтинг не всегда соответствует уровню реального мастерства.

Как корпорации группируют людей

Врачи в целом и стоматологи в частности склонны к "вертикальному мышлению". Они не всегда способны увидеть цельную картину. Их "линейные умы" часто упрощают информацию до двоичного черное/белое, правильно/неправильно или "все так делают" или "я всю жизнь делал так". Это побочный эффект образования ("Латеральное мышление" - Эдвард де Боно). Корпоративным крысам не составляет труда профилировать таких людей, в том числе стоматологов, чтобы получить правильного Йес-мэна (в английском сленге Yes Man - дословно «человек-Да» - означает невопрошающего со всем соглашающегося ассистента или подчинённого ).

3 наиболее распространенных профиля опинион лидера:

• любит деньги и славу, представитель высшего класса, выражены признаки нарциссизма, стремится к признанию, высокомерный, внешне самоуверенный, любит планировать и прогнозировать, уважает и не нарушает протоколы, основывается на документах, фактах и цифрах, верит в точную (как он считает) науку медицину.
• дружелюбный, мягкий, безвредный, часто продолжатель семейной династии, не любит рисковать, очень гордится своими теоретическими знаниями, предпочитает теорию практике, благочестивый, со слегка заниженной самооценкой, вежливый, готов ко всему, чтобы соответствовать протоколам, науке, начальству и т.п. (очень часто встречается в государственных университетах в качестве сотрудника кафедры)
• наивный идеалист, искренне влюбленный в науку стоматологию, скромный, готов безвозмездно посвятить свою жизнь написанию книги и обучению жаждущих знаний.

В зависимости от вида и цели рекламной кампании, будет использован тот или иной тип. Большинство лекторов это дешевая рабочая сила, производящая рекламу продукта напрямую целевой аудитории. За смешные, в масштабах международной корпорации, деньги. Иногда лектор даже не требует быть оплаченным (см 3-ий тип).

Чем больше я ввязывался в этот порочный круг, тем больше сомнения зрели в моей голове. Со стороны это казалось неплохим бизнесом: тебе платят за то, что ты ездишь по всему миру и читаешь лекции, получаешь международное признание, новых знакомых, друзей и лайки на фейсбуке. Взамен, казалось бы, корпорации просят вас только поддержать их продукт.

Негласное соглашение выглядит примерно так: "Мы - большая корпорация. Мы сделаем тебя известным во всем мире. Рынок, то есть мы, составляем рейтинг лекторов. Это просто большое медиа-шоу. Не ожидайте денег от наших растущих продаж. Вы, конечно же, в свою очередь делаете бизнес: вы можете продавать свои собственные курсы. Образование – бизнес намного проще, чем лечение пациентов. Чем известнее вы станете, тем больше пациентов вы упакуете в свою частную практику. Клиника будет расти вместе с вашей известностью. Вы наймете сотрудников, которые будут работать на вас. Слот-машина заработает сама по себе, вы получите славу и деньги ".

Кажется выгодной сделкой. Подвох я обнаружил позже:

"Нам плевать на вас и уж тем более на ваше мастерство. Нас интересуют только цифры".

Пазл складывался очень медленно. Мне потребовалось более 20 лет, чтобы обнаружить большой обман.

Как и любой другой лектор, я инвестировал массу времени и энергии в эту дополнительную деятельность: писал статьи, фотографировал клинические случаи, записывал и монтировал видео, готовил презентации. Я начал читать лекции. Сначала в Италии. Затем за рубежом, на английском языке. Во время моего отсутствия я доверил сотрудникам и ассистентам заботу о своих пациентах и о своем бизнесе.

Настоящая катастрофа.

Деньги, которые я получал за чтение лекций, не покрывали убытки. Без меня моя клиника не работала, как мне этого хотелось. "Да", сказали мне, - "ты просто новичок". Я посмотрел вокруг себя в поисках некой модели процветающего образовательного бизнеса. Кто делал это в течение долгого времени больше всерьез не работал с пациентами. Не более чем один-два клинических случая для показа на сцене. У них в клинике был собственный образовательный центр. Они путешествовали по всему миру, как пичмены, в поисках клиентов для своей дорогой учебной машины. В противном случае они не могли покрыть расходы.

В таких условиях даже самый одаренный лектор не может реально научить: это технически невозможно. После всех путешествовий и лекций вы идете работать с пациентом? Может быть, чтобы разрешить незаурядный клинический случай, потому что вы известны и ваши коллеги направляют к вам самых сложных пациентов? Непростая задача, учитывая что у вас нет ни сил, ни времени. Так вы можете начать обманывать себя. Особенно, если вам за 50. Вы начинаете бояться сложных пациентов и больших реабилитаций.

Следовательно ваши курсы начинают терять содержание. Качественное содержание.

Вы начинаете каждую новую лекцию подогревать один и тот же готовый суп.

У вас нет другого выбора. Вам нужно зарабатывать, чтобы держать на плаву свою клинику с десятью креслами. Цепочка замыкается. Неминуемо наступает момент, когда уже никто не клюет на вашу полуфабрикатную презентацию. Ваши курсы больше не продаются. Ваши пациенты устали ждать, пока вы вернетесь с конгрессов. Вам легко находят замену, и вы остаетесь у разбитого корыта.

Что было неправильно в этой линии рассуждения? Все. Сделать бизнес на образовании значит запустить свою собственную компанию. Вы должны создать школу, место, где люди имеют свой собственный стол, компьютер, стоматологическое кресло, фантомную голову и, возможно, микроскоп тоже (в моем случае), инструменты и материалы. Вам нужны сотрудники, которые будут помогать вам управлять образовательным процессом 10 -100 -1000 студентов в год. И когда ваша организация будет безупречна, а ваши лекции — из раза в раз удивительны, ваши студенты высосут из вас посленюю каплю энергии. И времени.

Чем больше размер структуры, тем больше ее хрупкость. И хрупкость стала более заметной после 2008 года: крах банковской системы США и большой кризис мировой экономики. "Черный лебедь" ("Черный лебедь" - Нассим Н. Талеб) раздробил средний класс — самый многочисленный контингент стоматологических пациентов. В стоматологии в настоящее время не хватает денежных потоков. Удешевление курсов и мастер-классов остановить невозможно. Правильный термин для этого, как и во всех сферах экономики, - дефляция.

Некоторые опинион лидеры сэволюционировали быстрее других. Они начали новый маршрут: давайте делать реальный бизнес самостоятельно. Давайте использовать курсы, чтобы продать что-нибудь.

Первое место: самый продаваемый объект - именной набор боров от лектора. Создаешь протокол препарирования (вот почему в образовательном бизнесе так любят протоколы), придумываешь названия, красиво упаковываешь.

Второе место: пишешь книгу и продаешь ее. Стоматологам.

Третье и самое опасное: изобрестаешь новый инструмент.

О наборе боров

Вы, стоматолог, подписываете контракт с многонациональной компанией, которая создаст комплект боров с вашим именем. Эти боры по одиночке уже доступны на рынке. Компания просто меняет упаковку. Вместо того чтобы продавать боры по одиночке, она продаст все сразу. Теоретически, врач-стоматолог должен получить некий доход от увеличения продаж и некую гордость за то, что его имя напечатано на неком объекте. Но Вы не имеете контроля над реальными продажами, кроме как на ваших курсах, где студенты вынуждены купить ваш комплект. Посчитайте количество комплектов, курсов, студентов и забудьте о большой прибыли.

О книге

На написание хорошей книги обычно уходят годы. Издатели советуют вам, как правило, сделать это быстро: мало текста, много красивых фотографий, сосредоточимся на формате, качестве бумаги, шрифте, обложке. Я знаю о чем говорю: мне предлагали написать книгу по стоматологии.

Кто является целевым потребителем? Стоматолог естественно. Издатель еще до выхода в свет книги предварительно продает ее с 50% скидкой: он даже не читал ваше творение, но уже сделал прибыль. Полное отсутствие риска, для него, конечно. Вы же, автор бестселлера – поставлены в давящие временные рамки, за которые нужно успеть родить шедевр. Очень нечестная и стрессогенная сделка даже в этом случае. Вы ведь не ожидаете продаж, как у "50 оттенков серого". Максимум гордость за то, чтобы умереть, написав книгу или ее подобие.

О новом инструменте - самая большая опасность

Технологический прогресс всегда происходит за счет случайных идей практикующих специалистов. Финансированные планируемые исследования редко приводят к большим открытиям. Мы, стоматологи, - в первую очередь практики. У нас есть идеи.

Если вас посетила блестящая идея, вы наивно решаетесь воплотить ее в жизнь, и возможно даже сделать большие деньги на новом изобретении, запустив его на "свободный рынок" Адама Смита и Милтона Фридмана. Я был знаком с некоторыми коллегами (настоящие блестящие умы), которые пошли этой дорогой и получили большие потери. Моральный и материальный ущерб. Свободный рынок — это утопия. Корпорации слишком сильны. Они управляют целым миром. Они решают, что должно продаваться на рынке. Ты, стоматолог, на самом деле считаешь заработать на ИХ рынке большие деньги без ИХ согласия?

Как минимум вашу великую идею просто украдут, а если вам в голову придет судиться с за нарушение авторских прав, вы будете иметь дело с их лучшими адвокатами, готовыми снять с вас последние штаны.

Почему корпорации не инвестируют в хорошие идеи? Внимательно прочитайте хотя бы этот параграф.

Агентская проблема корпораций ("Антихрупкость" - Нассим Н. Талеб)

Человек, который управляет компанией, не является ее реальным владельцем. Он следует стратегии, которая в скрытой форме приносит ему личную выгоду и делает его антихрупким по отношению к истинному владельцу: акционеру. Его единственный интерес - в краткосрочной перспективе: три месяца, по истечении которых он получает бонусы. Он не принимает каких-либо рисков. Он не является предпринимателем. Он не инвестирует в будущее компании. Когда компания за три месяца получила прибыль, он получает вознаграждение. Если прибыли нет - ничего страшного. Он просто не получит свой бонус. Другие заплатят цену его ошибки. Перед тем как инвестировать в вашу гениальную идею, он хочет видеть цифры, гарантии, чтобы спрогнозировать будущее. Внимание: краткосрочное будущее. Для своих бонусов.

Вот почему экономика во всем мире летит к чертям.

В нашем случае с опинион лидерами корпорация собирает все сливки. Она получила огромную рекламную кампанию и прибыль от увеличения продаж. Стоматолог-лектор поставил на кон свою собственную шкуру, свой собственный медицинский бизнес, свою репутацию, здоровье и время. Взамен получив Сцену. И некую подачку в виде покрытия расходов на сумасшедший цикл перелетов-лекций-гостиниц-рукопожатий-вопросов-ответов-галаужинов-...

Таким образом, что является целью провайдера образования?

Продать вещи. Получить доход. Если вам нечего продавать, это экономически и энергетическм невыгодно.

Многие из нас влюбились в эту ловушку. Все закончилось невосполнимой потерей времни и личной жизни.

Время для человека - единственный невозобновляемый ресурс.

Корпорация – не человек. Она не стареет и не болеет. Она используют людей. Ей даже не может быть стыдно за это.

Лечить людей - это миссия. Учить людей - это миссия. Здесь нет места бизнесу.

Образование может быть обеспечено только некой несуществующей государственной организаций. Где профессионалы помещаются в идеальные условия, где они всем обеспечены и им не нужно зарабатывать на жизнь. Где они имеют возможность свободно выражать свое мнение. Это утопия. Сократ пытался делать это. Его убили.

Я мог бы быть классифицирован как промежуточная категория между 3: выходец из низшего класса, самоуверенный на границе с высокомерным, склонен к нарциссизму (но в полной мере осознаю это), однако всегда скромен, не заинтересован в деньгах. Социально недружелюбен. Плохие манеры. Ненавижу проплаченную науку. Плевал на протоколы. Анархист. Перфекционист.

Я не подходил под формат корпоративного мышления. Мне повезло. Моя карьера лектора абортировалась очень быстро.

Тем не менее я тоже попал в ловушку.

Я провел последние 30 лет в ожидании поддержки и признания от кого-то за мои инвестиции и достижения, за мою хорошую идею: микроскопия в каждой стоматологической дисциплине.

Я верил и в этот миф: если никто не продвигает твою хорошую идею, просто сделай это самостоятельно. Свободный рынок вознаградит тебя. Слово "свободный" в капиталистическом мире не существует ("No Logo” - Наоми Кляйн). Это была пустая трата энергии и денег. Но самое главное- времени.

Сейчас, в 55 лет, после 31 лет карьеры я могу вам сказать: я упустил главное. Я был не прав.

Настоящее признание и благодарность исходит только от вашего пациента.

Единственный надежный доход исходит только от вашего пациента.

Единственный инструмент на который вы можете расчитывать это ваши собственные руки.

Опытный врач, успешный бизнесмен и отличный педагог - три разных работы. В медицинской профессии не представляется возможным примерить на себя еще одну роль. 24 часа в сутки, 7 дней в неделю, 365 дней в году вы нужны вашему пациенту. Потому что болезнь, боль и дискомфорт никогда не бывают в отпуске. Наша работа - врачей, хирургов, стоматологов - это миссия. Миссия помочь человеку.

Жизнь не коротка, мы просто должны научиться, что с ней делать. Многие не понимают этого вплоть до дня собственной смерти. Сенека более 2000 лет назад ( как и многие другие философы до и после него ) предупреждал нас. Мы просто не хотим слушать. Система держит нас вечно занятыми. Так у нас нет времени, чтобы подумать. Мы можем только потреблять.

Я сделал свой выбор. Я думаю, что с меня достаточно. Время не простит мне новых ошибок.